В Германии, в земле Рейнланд-Пфальц, есть место под названием Энспель. Когда-то, 24 миллиона лет назад, здесь находилось вулканическое озеро, а сегодня это настоящий клад для палеонтологов — местонахождение Энспель. Международная команда ученых во главе с отделом ботаники и исследований биоразнообразия Венского университета сделала здесь невероятное открытие. В древних озерных отложениях они нашли окаменевшие цветы липы и окаменевших шмелей, а главное — следы их тесного знакомства в виде сохранившейся пыльцы.

Подробности опубликованы в издании New Phytologist.

Исследователи потратили много времени, разглядывая тысячи ископаемых цветов и насекомых.

Мы надеялись найти на них пыльцу, чтобы хоть немного приоткрыть завесу тайны над эволюцией цветов и их опылителей, — рассказывает Фридгейр Гримссон, руководитель проекта из Венского университета.

Чтобы разглядеть эти крошечные зерна, ученые использовали ультрафиолетовый и синий свет. Свет заставлял пыльцу светиться, и тогда ее можно было аккуратно, буквально по зернышку, снять с цветков и шмелиных телец с помощью тончайшей иглы. После очистки каждую пылинку изучали под мощными микроскопами. Выяснилось вот что: часть найденных цветков принадлежала липе, а на многих шмелях была обнаружена именно липовая пыльца. Похоже, бедняги утонули в озере как раз после того, как плотно пообедали нектаром на липе.

Ученые не только восстановили картину событий, но и открыли три новых вида. Цветок назвали Tilia magnasepala — «липа с крупными чашелистиками». А двух шмелей — Bombus messegus и Bombus paleocrater. В их названиях увековечили и древний возраст находок, и особенности строения, и место, где их откопали.

Это первый в мире случай, когда из одних и тех же отложений ученые описали и цветок, и его опылителя, да еще и доказали их связь с помощью пыльцы. Раньше таких липовых цветков в Европе никто не находил, а эти шмели — одни из древнейших на планете. Старше них только один вид, найденный в Колорадо.

Выходит, что миллионы лет назад шмели точно так же, как сегодня, были главными гостями на цветущих липах, — объясняет Кристиан Гайер, автор исследования.

Он добавил, что ученым удалось заметить у древних шмелей удивительную особенность: они проявляли цветочное постоянство. Проще говоря, вылетая на поиски еды, они посещали только один вид растений. Это очень важная деталь для понимания того, как работают современные экосистемы и насколько они хрупкие.

Обычно, когда говорят о вымирании пчел, мы представляем себе какую-то абстрактную катастрофу. А здесь ученые дают нам машину времени. Они показывают, что связь «шмель — липа» — это отлаженный механизм, который работает десятки миллионов лет. Получается, что современные экосистемы — это результат очень долгой настройки.

Если мы поймем, как насекомые и растения выживали во время прошлых климатических катаклизмов (а их было немало за 24 миллиона лет), возможно, мы сможем помочь им выжить сейчас. Зная, например, что шмели всегда были разборчивы и предпочитали «не смешивать блюда», мы можем точнее дозировать высадку растений в городах или на полях, чтобы поддерживать их популяцию. Это как собирать сложный пазл: найдя один кусочек из далекого прошлого, нам легче понять, какой будет вся картина в будущем.

При всей сенсационности находки, стоит помнить, что мы имеем дело с «моментом из жизни», застывшим в камне. Ученые нашли шмелей, погибших в озере. Это значит, что мы видим лишь тех насекомых, которым не повезло утонуть. А как вели себя их более удачливые сородичи, которые остались на суше? Посещали ли они другие цветы или действительно были так постоянны? Возможно, в выборку попали только „самые голодные“ или „самые неосторожные“ особи, чье поведение не совсем типично для всей популяции. Кроме того, пыльца на шмелях могла оказаться случайно, например, сдуло ветром с соседних деревьев. Хотя методика исследования и позволяет с высокой точностью определять пыльцу, но утверждать, что древние шмели вели себя точно так же, как современные, можно только с определенной долей уверенности.

Ранее стало известно, что шмели научились противостоять азиатским шершням.